В период с 1975 по 1982 годы рынки двигались в боковом тренде, достигая дна в 1978 и 1982, а вершин в 1976 и 1981. Трудно определить, сколько хедж-фондов проявляло активность в то время по причине их непубличности. Однако, когда в 1978 году Сандра Манске (Sandra Manske) организовала Tremont Partners с целью отслеживания результативности хедж-фондов, она смогла насчитать их только 68. Большинство из них были в форме ограниченных партнерств с высокими требованиями к минимальным вложениям, таким образом, будучи доступными только для исключительного числа инвесторов с высокими доходами. Они работали скрыто и не отчитывались ни перед кем, кроме ограниченных партнеров. Их рост подпитывался исключительной результативностью: некоторые из них показывали доходность более 30% годовых как на растущих, так и нападающих рынках.
Популярность хедж-фондам начала возвращаться в 1986 после выхода статьи в «Институциональном инвесторе», которая описывала впечатляющие результаты фонда «Tiger» под управлением Джулиана Робертсона (Julian Robertson). Фонд показал совокупный годовой доход в размере 43% в течение первых шести лет своего существования, и это после вычета расходов и вознаграждения управляющим. Для сравнения, индекс S&P вырос только на 18,7% за тот же период.
Подход к инвестированию Роберсона радикально отличался от оригинальной концепции Джонса. Изначально Робертсон фокусировался на ценных бумагах и отборе акций на дне или вершине, но вскоре он перешел на другие стратегии. В частности, базируясь на макроэкономическом анализе, он занимал агрессивные позиции в определенном направлении без какого-либо хеджирования. Эта стратегия сейчас называется «global macro». В дополнение Робертсон часто использовал финансовые производные инструменты, такие как фьючерсы и опционы, которые еще не существовали в то время, когда Джонс создавал свой фонд.
Макроэкономическое окружение конца 80-х благоприятствовало реализации стратегии «global macro».
Несмотря на присутствующий риск, многие хедж-фонды применяли ее в отношении валют и процентных ставок. Фондовые рынки снова росли и поддерживали длинные агрессивные покупки.
Но праздник закончился неожиданно 19 октября 1987 года. Эта дата стала известна как «Черный понедельник». Индекс Dow Jones упал на 22,6%, NYSE Composite на 19,5%, S&P 500 на 20,5%. Как и большинство других инвесторов, хедж-фонды тоже серьезно пострадали. Например, фонд Джулиана Робертсона сократился с $700 млн. в августе 1987 до $300 млн. в начале 1988 года. Однако, в отличие от падения 1929 года рынки восстановились быстро, так же как и управляющие хедж-фондами. К концу 1987, S&P 500 вырос на 5,2%, рост взаимных фондов был на уровне 1%, а хедж-фонды показали доходность в размере 14,5%.
К 1989 году некоторые из фондов «global macro» уже были крупнейшими участниками на финансовых рынках и привлекали широкое внимание средств массовой информации, особенно благодаря огромным прибылям, получаемым за счет больших и агрессивных позиций. Фонд Джорджа Сороса «Quantum», например, «поднял» миллиард долларов в 1992 году, когда играл против британского фунта. Именно размер прибыли заставил озаботиться о том, какой вклад вносят хедж-фонды в нестабильность на финансовых рынках.
Беспокойство о влияниях торговых операциях хедж-фондов усилилось в 1994 году, когда Федеральная Резервная Система неожиданно повысила процентные ставки. Несколько хедж-фондов держали значительные длинные позиции, усиленные за счет кредитного плеча. Действие ФРС заставило их спешно закрыть большую часть позиций, чтобы уменьшить плечо, тем самым вызвав падение цен на рынке облигаций и многократно усилив эффект действия ФРС на экономику.
По заявлению конгресса США, нескольким фондам «global macro» пришлось продать европейские ценные бумаги, получив «margin call», и, таким образом, передав падения цен американских акций и повышение процентных ставок на европейские рынки. Хедж-фонды также пострадали от падения рынков, но восстановились в 1995 и 1996 годах.
Азиатский кризис
Азиатский кризис 1997 года происходил корнями от коллапса на мексиканских финансовых рынках 1994 года, за которым последовала агрессивная спасательная операция Междунароного валютного фонда и Казначейства США в начале 1995. В течение следующих лет, спекулятивный пузырь развивался в Азии, где развивающиеся рынки Тайланда, Индонезии, Южной Кореи и Тайваня казались экономиками с неограниченным потенциалом для роста. Капитал быстро перетекал в регион, создав «пузырь», в частности на рынках недвижимости.
Напряжение начало проявляться в 1997. Финансовый кризис привел к сильному обесцениванию валют региона, падению фондовых рынков и цен на другие активы в большинстве развивающихся стран.
И снова хедж-фонды получили обвинения в свой адрес за их дестабилизирующие действия в течение кризиса, в частности, по причине массивных коротких позиций. Согласно Ейшенгрину (Eichengreen,1998) и де Брюверу (de Brouwer, 2001), хедж-фонды продали тайский бат на сумму в промежутке от $7 млрд. до $15 млрд. в 1997 году. Группа по изучению динамики рынков (MDSG) Форума финансовой стабильности сообщила, что позиции хедж-фондов насчитывались в размере от 50% всех коротких операций на индекс Hang Seng летом 1998. В дальнейшем Ранкин (Rankin,1999) обвинил хедж-фонды в манипуляции на рынке австралийского доллара. Многочисленные отчеты в прессе обрисовывали управляющих хедж-фондами как «диких» спекулянтов вне государственного регулирования, связанных только законами и правилами рынков, на которых они действовали.
Однако, не все хедж-фонды были успешны на глобальных рынках. Например, Виктор Нидерхоффер (Victor Niederhoffer) обанкротил три своих хедж-фонда (Global Systems, Friends, and Diversified) продавая пут-опционы на S&P 500 перед скачком индекса в октябре 1997. Даже Джордж Сорос сообщил об убытках в размере $2 млрд. после кризиса в России.
Но самое худшее пришло с «крушением» фонда Long Term Capital Management (LTCM), которое считается знаменательной поворотной точкой в эпохе хедж-фондов.
Эпоха «дот-комов» и рыночные пузыри
Побудив ФРС снизить процентные ставки, кризисы 1997-1998 дали придали сильную инерцию экономике США и фондовым рынкам. Т.к. условия в 1999 были слишком хорошие для финансовых рынков, в особенности для рискованных активов, в экономике образовались «пузыри», наиболее драматично оказавшие влияние на акции рискованных компаний сектора информационных технологий. Стоимость капитала для высокотехнологичных компаний упала практически до нуля, а акции «дот-комов» (примеч., акции интернет компаний, от «.com») мгновенно взлетали вверх вне зависимости от доходов или даже доходов в перспективе.
Несмотря на абсурдные уровни оценки, большинство хедж-фондов решило двигаться в направлении роста «пузыря», нежели взорвать его. Они нагрузили свои портфели высокотехнологичными акциями. Согласно Бруннермайеру (Brunnermeier ) и Нейджелу (Nagel) в сентябре 1999, в совокупности хедж-фонды увеличили вес высокотехнологичных компаний до 29% в своих портфелях. Немногие «разумные» фонды, которые пытались играть против «пузыря» не смогли выжить. Например, фонд «Tiger» Джулиана Робертсона был ликвидирован в марте 2000, как раз перед началом падения акций.
Индекс NASDAQ упал в марте 2000, сопровождаемый резким замедлением экономического роста.
США вошли в мягкую рецессию, и в начале января 2001 ФРС резко снизила процентные ставки с уровня 6,5% до 3% к августу. В то время как все главные индексы резко упали, совокупные результаты хедж-фондов были впечатляющими, внушая идею, что их показатели не зависят от фондовых рынков.
В последствии, состоятельные инвесторы, напуганные обесцениванием акций и отчаявшиеся в поиске стабильности, снова повернулись к хедж-фондам. В марте 2004 Merril Lynch и Cap Gemini Ernst & Young сообщили, что 73% состоятельных инвесторов в США, т.е. чьи активы превышали $1 млн., имели инвестиции в хедж-фондах. Несколько пенсионных фондов также начали размещать активы в хедж-фондах. Сотни управляющих «традиционными» фондами перешли в сектор хедж-фондов в поиках более высоких зарплат, либо создали собственные хедж-фонды. Инвестиционные банки агрессивно нанимали лучших ученых для управления хедж-фондами, и даже коммерческие банки последовали за толпой, создавая и продвигая фонды хедж-фондов.
Комментариев нет:
Отправить комментарий